Тебе не кажется, что мы обсуждаем проблемы, которые далеки от реальности, - сгоряча Вадим почти кричал, - если в них углубляться, то разобрав одну по косточкам, можно незаметно сойти с ума. Для того, что бы исказить образ, достаточно переиначить одну легенду, - спокойно и монотонно он продолжил. - В далекие времена, которые никто и не помнит, жили-были на свете сиамские близнецы. Соединены они были между собой пуповиной и один из них любовался рыбами морскими, а другой птицами небесными. Заснули они однажды в диком лесу, раскинули руки в прохладной листве. Пробежала между ними ящерица и отделила их друг от друга. С тех пор стали братья враждовать, и дошло бы до братоубийства. Только упреждая бойню, один поднялся на небо, а другой опустился под воду. Ящерицу, что их разделила, они превратили в клубок змей. За столетия змеи расплодились и научились поедать других ящериц, а самые большие из них проглатывали крокодилов. Своих прародителей и ближайших родственников.
Антон слушал, опустив голову и поглаживая бровь. Благо брови у него густые, хотя кажется, на левой уже образовалась проплешина.
Вместе они писали курсовую по мифологии и каждый раз отчаянно спорили, сойдясь на любимой теме - змееборстве. Антон утверждал, что змей издревле был героем положительным и только с приходом христианства стал апологетом зла, а с образованием государства, оправданием для насилия. Вадим же настаивал, что изначальная двойственность змеиного образа обернулась для него же гибелью. Что ящеры уже не змеи и говорить о схожести нелепо.
- Зло всегда помнится дольше. Змеи ядовиты, скользки и холодны - одно это вызывает у людей отвращение.
«Не буду доказывать тебе что-либо, хотя известно, что из двух тысяч видов существующих змей лишь пятнадцать процентов ядовитые. Лучше я тебе тоже сказку расскажу, - Антон вскинул голову и пристально посмотрел на Вадима, - слушай. Когда-то небесным полюсом земли было созвездие Дракона и жили тогда на свете змееносцы, существа миролюбивые и спокойные. У них были змеиные боги и богини, змеи-кони и прочая хвостатая живность. Кстати, ты ведь у нас Козерог по гороскопу, - со смешком он продолжил. - Так вот, превыше всего они ценили бессмертие и мудрость. Соседствовали с молодыми племенами воинов-дикарей. Осмелев и возмужав, воины захватили змееносцев, убили их жрецов и осквернили святилища. Богом стал громовержец, который во вновь сотворенных легендах красочно уничтожил врага. Змееносцы пали в те времена, когда наводнения смывало их прибрежные города, а горы вокруг сотрясались, изрыгая огонь и пепел. Полюс Дракона сменился Полярной звездой. Культ Змея превратился в культ Орла.”
Вадим засмеялся и ответил, что небесные боги всегда были чище земных, точнее подземных. Это верхний и нижний мир. Явь и Навь.
«Правда и Кривда, Доля и Недоля, Адити и Дити», подхватил Антон, улыбаясь.
Оба задумались и помрачнели.
В это время в вентиляционной шахте лежал змей. Ядовитый он был или нет, не так уж важно. Нападать на людей он не собирался. Ночью ловил в подвале мышей, потом забрался в теплую шахту, чтобы отоспаться.
Раздосадованный тем, что его разбудили, он быстро и часто языком ощупывает исходящие от людей звуки. Видит теплые головы - оранжевым шаром, а холодные руки - зелеными пятнами. Знать не знает, что в голове у него аналитический орган-бриллиант, который называется то мудрено - якобсоновый. Что нижняя челюсть у него сверхчувствительна и растяжима неимоверно.
Не ведает, что жена его - плохая мать, а детеныши самостоятельны уже в ее утробе. Не знает, что люди едят ему подобных. Не знает он того, что змеиные яйца - деликатес, и вкусом напоминают куриный желток.
Ощущая челюстью вибрации, испуская мускус, он выгнулся и пополз вниз, в подвал. Там тихо, спокойно и вряд ли кто-нибудь потревожит.
